Луфи вылавливают из вакуума без признаков жизни. Скафандр цел, а вот внутри будто что-то выгорело. Солноиды тащат её на крейсер, откачивают, возвращают к работе. Только прежней Луфи там уже нет. Ей показывают запись её собственной гибели. И это ломает не тело, а хребет её веры: если ты умер, зачем снова стрелять?

А стрелять приходится. Крейсер влетает в такую мясорубку, что команда смотрит на неё как на последний козырь. Только козырь вдруг начинает мазать, замирать, бросать оружие. Старые враги, конечно, не дремлют. И пока Луфи разбирается, кто она теперь, товарищи шепчутся за спиной: то ли это сломленный солдат, то ли всегда была лишь маска, которую удобно было носить.

Что победит в ней, память о смерти или привычка выживать, когда смерть уже не пугает, а манит?