Император джунглей

Белый лев по имени Панджи правит зверьём в африканской глуши. Вокруг него возится мелкота, шуршит трава, всё дышит покоем. А потом в этот покой входят люди с ружьями. Сначала исчезает Элиза, потом погибает сам Панджи. Остаётся детёныш Кимба, и ему ничего не светит, кроме долгой дороги домой через пустыню и саванну.

Только вот незадача: за весь фильм не звучит ни одного слова. Ни рассказчика, ни реплик, вообще ничего. Есть оркестр и картинка. Штука в том, что музыка тут появилась раньше анимации. Исао Томита написал свою симфоническую поэму ещё в шестидесятых, под чёрно-белый сериал, потом она вышла отдельной пластинкой. А в 1991-м на Madhouse взяли и вывернули всё наизнанку: нарисовали под готовую партитуру новые кадры. Не музыка обслуживает сюжет, а сюжет подстраивается под музыку.

И Кимба тут нарисован не милым комочком, каким его привыкли видеть. Угловатый, злой, он просто выживает, и гримасы у него совсем не детские. Сцены знакомые почти наизусть, но без слов они бьют иначе. Оркестр то накатывает, то обрывается на полуслове, и ты ловишь себя на том, что вслушиваешься в паузы сильнее, чем в ноты. Что вообще остаётся от истории, если убрать из неё речь: смысл или просто красивая мелодия?