Изобрази отвращение и покажи мне свои трусики 3

Один рядовой приходит к генерал-майору Грашенке с прошением, которое ни в один рапорт не влезает. Он хочет, чтобы она скорчила гримасу отвращения. И заодно показала нижнее бельё. Грашенка много лет живёт по уставу: подчинённые у неё ходят по струнке, поблажек не выпрашивают, а если кто и пробует, получает выговор без разговоров.

Только тут придраться не к чему. Формально она имеет право отказать, но и запретить не может: в правилах про такое просто не написано. И вот эта дыра в инструкции выбивает её сильнее любого прямого нарушения. Она привыкла командовать, а теперь сама не понимает, что делать с солдатом, который смотрит на неё и ждёт.

Дальше начинается не служба, а сплошная нервотрёпка. Каждый их разговор превращается в торг, где обе стороны давят на свои козыри. Она цепляется за букву устава, он спокойно стоит на своём. И чем дольше это тянется, тем отчётливее генерал чувствует: устав уставом, а решать всё равно придётся ей одной. Что она выберет, когда приказ отдать некому?