Осеам

Мальчику по имени Гильсон пять лет, и он уверен, что мама просто потерялась. Обитает он в горном храме на Сораксане вместе со старшей сестрой Гамьи. Та не видит ничего, зато слышит всё: как брат шуршит в траве, как переругивается с монахами, как шепчется с облаками. Мальчуган ни минуты на месте, но стоит кому-то ступить на тропу, замирает и прислушивается. Мама? Нет, снова не она. Сестра не разубеждает. Пусть верит, пока может.

А потом приходит снежный день, и привычный мирок трещит по швам. То, что мальчик принимал за знак, за обещание скорой встречи, оборачивается совсем другим. В пять лет невозможно понять, почему взрослые замолкают и отводят глаза, почему тропа пуста, а надежда вдруг становится тяжелой, как камень. Рядом только Гамьи. Она слепа, но именно её ладонь вытаскивает брата из темноты, а он для неё становится зрячим.

Теперь самое трудное: удержать в себе доброту, когда вокруг всё остыло и стало несправедливым. Мальчишка продолжает здороваться с птицами, только голос звучит иначе. И тут вопрос не в том, найдет ли он маму. Вопрос в другом: что останется от человека, если отнять у него последнее, во что он верил?