Почти человек

Пальме не должен был пережить свою хозяйку. Мастер собрал его из дерева и суставов, вложил в руки умение ухаживать, в лицо кроткое выражение. Кукла поила больную, поправляла одеяло, слушала её дыхание. А потом женщина умерла, и Пальме просто застыл. Не выключился, не развалился. Замер с чашкой в руках, потому что без приказа не знал, куда себя деть.

Однажды на пороге появилась Корам. Незнакомка говорила быстро, смотрела мимо, просила отнести одну вещь в Тамас, священное место. Пальме взглянул на неё и обомлел: перед ним стояла хозяйка. Та же линия плеч, тот же наклон головы. Он согласился раньше, чем понял, что делает. И только в дороге до него дошло: женщина не воскресла, а он, похоже, впервые в жизни ошибся сам, без чьей-то команды.

Дальше их путь превращается в череду встреч, где каждый встречный видит в Пальме что-то своё: слугу, диковину, живое существо. Он злится, привязывается, отступает. Корам молчит о том, что несёт, и врёт так, что уже не разберёшь, где правда. Кукла учится врать в ответ, а заодно бояться и жалеть. Что страшнее: так и не стать человеком или однажды понять, что стал, и остаться один на один с этим?