Повседневная жизнь Марулк

Марулк торчит на базе искателей, таскает кастрюли, штопает чужую одежду и молчит, когда Озен в очередной раз заводит свою шарманку. Мальчишка в фартуке горничной. Вроде прислуга при кухне, а на деле глаза у него цепкие: пока Наначи с Рэгом внизу, он нет-нет да и склонится над картой слоев, вглядываясь туда, куда самому ходу нет.

А потом эти двое уходят на пятый слой. Море Трупов. Кости, вонь, тишина такая, что звенит в ушах. И оттуда выныривает Белый Свисток, легенда, о которой шепотом. Тень его давно лежит на прошлом Наначи, и встреча выходит не теплой. Бондрюд разливается медом, улыбается так, что челюсть сводит. Только Марулк, выходит, знал куда больше, чем говорил вслух.

И вот тут начинается самое поганое. Не монстры, не проклятие Пропасти. Пацан разрывается: с одной стороны те, кто стал ему родней, с другой правда, которую от него прячут за спинами. А когда за Наначи явится тот, кого лучше не звать, чью сторону он выберет?