В джунглях всё было хорошо, пока не пришла Гуу

Десятилетний Хале ловит рыбу, бегает в школу через заросли и дерётся с пацанами из соседней деревни. Обычная жизнь, жара, лианы, скука. А потом мать притаскивает домой девчонку. Молчит, смотрит в стену, жуёт что-то, что жуётся плохо. Хале думает: ну поживёт и уйдёт. Ага, размечтался.

Гуу не уходит. Она ест всё, что плохо лежит, и всё, что лежит хорошо, тоже. За ней по пятам таскаются существа, которых в джунглях отродясь не водилось, а мамаша только умиляется. Хале мечется между двумя задачами: уберечь Гуу от ям, змей и прочих радостей, а джунгли уберечь от Гуу. Получается плохо и то и другое. Взрослые вокруг ведут себя как дети, дети как взрослые, логика уходит в отпуск с первой серии.

Чем отчаяннее Хале пытается вернуть старый уклад, тем очевиднее: Гуу тут не случайно. Она знает про этот мир больше, чем говорит. И мама знает. Только молчит. Откуда пришла эта девочка, и почему её так спокойно пустили на порог?