Вознёсшийся над небесами

Его звали Лин Тянь Лин, и когда-то он владел мечом так, что небесам становилось неуютно. Ради одной женщины он полез туда, куда смертным хода нет, к стеле, которая могла её вытащить с того света. Не вышло. Его сломали изнутри, чужие руки поработали чисто: тело мертво, кость меча вырвана, даньтянь пуст. Только вместо забвения он открывает глаза в том самом дне, где всё это началось. Триста лет долой. Красавица на месте, враги тоже, и никто пока не знает, кого принесло обратно.

Дальше он не бросается крушить. Странно смотреть, как великий мечник учится заново держать ложку и молчит, когда хочется заорать. Силы по крохам, доверие по зёрнышку, а улыбки вокруг такие же, как в прошлой жизни, и от этого тошно. Он знает, кто предаст первым, кто заплачет, кого не спасти, если пойти напролом. И всё равно каждый его шаг раздвигает чужие судьбы, как доски на мосту.

Вот тут и зарыт главный нерв: память о будущем это не карта, а капкан. Спасаешь одного, ломаешь другого, и та, за которую он умер, смотрит на него как на чужого. Небеса, кстати, тоже не забыли, кто им однажды насолил. Так что важнее: вернуть всё как было или позволить людям жить своими ошибками, даже если одна из них снова его убьёт?