Аниме-сериалы — страница 388

Рин Асоги не стареет. Уже несколько веков она живёт в Токио, снимает конуру под детективное агентство и берётся за что угодно: пропавшие коты, слежка за неверными мужьями, странные трупы. Платят мало, скука смертная. Вот только клиенты попадаются всё больше нервные, а на месте убийств остаются следы, которых быть не должно. Тут тебе и зомби, и ангелы с демонами, и наёмники, которые слишком хорошо знают, кто она такая. А потом выясняется, что за Рин давно и методично охотятся. Не какие-то там ули…

Нодзоми уже смирилась: магия ушла, Коко и Натс исчезли, остались только школьные будни и лёгкая тоска по прошлому. И тут появляется Флора из Палмира. Не с просьбой о помощи даже, а с мольбой: её держат в Саду Роз, и без Договора и силы четырёх королей туда не пробиться. Девчонки снова становятся воительницами. Казалось бы, вот он, шанс всё вернуть. Только за Договором охотится Вечность, и это меняет правила игры. Откуда-то берётся мальчик-курьер Сироп, который в любой момент оборачивается огромн…

У него один глаз закрыт повязкой, волосы торчат в стороны, и выглядит он так, будто не спал неделю. Китаро живёт в скромной квартирке с отцом, который помещается на ладони. Вместо головы у папаши глаз, и он вечно ноет, подгоняет сына, требует внимания. Мальчик терпит. Он вообще привык терпеть. А потом выясняется странное. Китаро не человек. Он последний из древнего народа, который почти исчез. Люди вокруг ничего не знают: спешат на работу, ссорятся в очередях, а по соседству с ними живут ёкаи. П…

Крафт Лоуренс мотается по ярмаркам с телегой и парой мешков товара. Считает медяки, торгуется до хрипоты и копит на собственную лавку. Обычный мужик с одной мечтой: перестать ночевать под открытым небом. В очередной деревне он забирает пшеницу, отъезжает и слышит из кузова шорох. В колосьях дрыхнет девчонка. Голая, с хвостом и ушами. Зовут Холо, и местные века носили ей дары как богине урожая. А теперь у них новые плуги, и богиня им без надобности. Вот тут всё и ломается. Холо не милая попутчица…

Сначала знакомимся с Джозе. Он из тех, кто умеет стрелять и молчать, а на лишние вопросы отвечает взглядом. Ему поручили Генриетту: девочку, чьё тело перебрали на операционном столе, а память почистили так, что от прошлого остались одни обрывки. Она обожает своего наставника. Слишком сильно. И это не милая привязанность, а что-то, что может закончиться бедой. Неожиданность в том, что война тут идёт не только с террористами. Внутри самого агентства зреет раскол. Одни давно махнули рукой на мораль…

Акари привыкла смотреть на воду. Каждое утро она выводит гондолу из доков, кивает знакомым, улыбается туристам. Но в этом сезоне всё иначе: её руки двигают весло сами, а голова занята другим. Экзамен на приму близко, и дело не в технике. Нужно найти то, что отличает её от сотен других ундин. Свой голос, свою манеру, своё лицо. Айка злится, что у неё не выходит избавиться от привычки копировать старшую сестру. Алиса молчит и смотрит в небо, будто ждёт подсказки от облаков. Наставницы рядом, но не…

Харука тащит на себе дом: готовка, стирка, разборки с соседями. Средняя Кана влипает в истории с упорством, достойным лучшего применения, и свято верит, что действует по логике. Младшая Тиаки взирает на этот балаган с высоты своего роста и комментирует происходящее так, что хочется спрятаться под стол. Казалось бы, ничего не меняется: те же лица, тот же район, те же перепалки из-за пустяков. Но во втором сезоне привычная механика дает сбой. Харука вдруг превращается в домашнего диктатора, Кана в…

Порфирас днями торчит у отцовской мастерской, суёт нос в капот и мечтает, что когда-нибудь сам встанет к верстаку. Ему бы лететь с ребятами на великах, а он разбирает карбюратор и слушает, как отец чертыхается над закипевшим двигателем. Сестра Марина посмеивается, мать зовёт к столу, в деревне всё размеренно, по-гречески тепло. Только в один день эта размеренность трескается. Родителей нет. Дом, ещё вчера надёжный, становится просто стенами, и двое детей оказываются на улице с узелком вещей и пу…