Вавилон

Дзэн Сэйдзаки привык, что за ним всегда последнее слово. Он прокурор, и его работа: разбирать чужие грязные дела и выносить вердикт. Очередное расследование касается фармацевтической компании и университета, которые под видом науки проворачивают незаконные опыты. Скучная рутина, бумажки, допросы. Пока на месте одного из осмотров он не находит папку, забытую анестезиологом Син Инабой. Внутри образцы кожи, волосы, запачканные кровью, и записка с единственной буквой F.

С этого момента всё летит под откос. Дело обрастает связями с грядущими выборами, и Дзэн понимает, что копает не под мелких нарушителей, а под тех, кто вершит судьбы города. Люди рядом начинают играть по своим правилам, кто-то исчезает, кто-то меняет показания. Сам прокурор тоже меняется, и это пугает сильнее всего. Здесь нет перестрелок и погонь. Есть тяжелая тишина допросов, чужие улыбки и чувство, что закон давно перестал быть щитом.

Конфликт не в том, чтобы найти виновного. Он в том, что делать, когда ты сам часть системы, которая сгнила изнутри. Дзэн цепляется за принципы, но каждый новый шаг заставляет сомневаться: а были ли они у него вообще? И что скрывается за этой дурацкой буквой F, если за ней уже стоят жизни?